УТВЕРЖДАЮ

Председатель Гагаринского

районного суда Смоленской области

Н.В. Сысоева

_____________________________

«_____» _____________2025 года

Обзор судебной практики

Гагаринского районного суда Смоленской области

по уголовным делам за четвертый квартал 2025 года

До начала рубки лесных насаждений необходимо обратиться в Департамент Смоленской области по охране, контролю и регулированию использования лесного хозяйства, объектов животного мира и среды их обитания для согласования и получения разрешения на эти работы, так как лесной фонд является федеральной собственностью, в отсутствии указанного разрешение деяние является уголовно наказуемым

Приговором Гагаринского районного суда Смоленской области от 20 декабря 2024 года Б. осужден по ч. 3 ст. 260 УК РФ к 3 годам лишения свободы.

На основании ст. 73 УК РФ назначенное Б. наказание в виде лишения свободы постановлено считать условным с испытательным сроком 2 года.

Согласно ч. 5 ст. 73 УК РФ возложены обязанности: в течение испытательного срока не менять постоянное место жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденного.

Постановлено взыскать с Б. в пользу Российской Федерации в лице Министерства лесного хозяйства и охраны объектов животного мира Смоленской области 4 844 131 рубль в возмещение ущерба, причиненного преступлением.

Приговором разрешен вопрос о мере пресечения, судьбе вещественных доказательств.

Б. признан виновным в незаконной рубке лесных насаждений в особо крупном размере.

В апелляционной жалобе, поданной в интересах осужденного Б., защитник не согласен с приговором суда. Отмечает, что в обвинительном заключении отсутствует указание на мотивы и цели действий Б.; в приговоре изложены исследованные в судебном заседании доказательства, как подтверждающие совершение Б. инкриминируемого ему деяния, так и свидетельствующие о его невиновности; мотивы по которым одни доказательства были приняты, а другие отвергнуты судом, не приведены. Отмечает, что до начала рубки Б. был уверен в ее законности, поскольку на его обращения в муниципальные и государственные органы ему никто не сообщал, что земельные участки относятся к землям лесного фонда, а произрастающие на них насаждения являются лесными насаждениями. Как только Б. сообщили о том, что он произвел рубку лесных насаждений на землях лесного фонда, рубку он прекратил. Полагает, что поведение осужденного не было направлено на преднамеренное причинение вреда окружающей среде, отсутствует состав преступления, предусмотренный ч. 3 ст. 260 УК РФ. Отмечает, что в судебном заседании суд отказал стороне защиты в удовлетворении ходатайства об истребовании в Роскадастре межевых планов в отношении земельных участков. Между тем, в них могут содержаться сведения о пересечении границ данных земельных участков сельхозназначения с землями лесного фонда, что имеет значение для установления обстоятельств, подлежащих доказыванию при производстве по уголовному делу. Одним из доказательств обвинения Б. является договор о передаче в безвозмездное пользование участков лесного фонда, их использовании, охране, защите и воспроизводстве, подпись в котором, якобы выполненную Б., последний отрицал, в связи с чем, сторона защиты ходатайствовала в суде о назначении почерковедческой экспертизы подписи. Данное ходатайство оставлено судом без удовлетворения, положено в основу обвинения Б. без опровержения его доводов. Считает, что экспертное заключение, положенное в основу обжалуемого приговора, является недопустимым, поскольку оно выполнено на основании того же постановления суда что и первичное заключение и не содержит выводы по вопросам поставленным в постановлении суда о назначении дополнительной экспертизы. Отмечает, что в основу обвинительного приговора суд положил выводы дополнительного экспертного заключения, которым площадь рубки определена в 1,8581 га, сумма ущерба - 4 844 131 руб., оставив без оценки первичное заключение и не обосновав преимущество дополнительного экспертного заключения. Полагает, что протокол осмотра места происшествия является недопустимым доказательством, поскольку не указано на применение при осмотре места происшествия технического средства в виде навигатора, о применении которого в ходе судебного следствия показал представитель потерпевшего К.; условия и порядок его использования, объекты, к которым это средство было применено и полученные результаты; не указаны условия и порядок использования измерительной рулетки, объекты, к которым это средство было применено и полученные результаты. В протоколе осмотра места происшествия не проведены измерения расстояния от его границ до деляночных столбов, лесных просек, учтенных лесоустроительной документацией, а также иных ориентиров; в местах нахождения лесоматериалов не определены их характерные признаки, длина бревен, диаметры нижних и верхних торцов, срезы с них также не произведены. В связи с порочностью данного протокола, недопустимыми доказательствами являются и заключений судебной землеустроительной и лесотехнической экспертизы. Просит приговор суда отменить, уголовное дело прекратить на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ за отсутствием в деянии состава преступления.

В возражениях на апелляционную жалобу адвоката государственный обвинитель считает приговор суда законным и обоснованным, просит оставить его без изменения, а апелляционную жалобу с дополнениями - без удовлетворения.

Суд апелляционной инстанции указал, что органами следствия при производстве предварительного расследования, и судом при рассмотрении дела в судебном заседании, каких-либо нарушений уголовно - ­процессуального закона, влекущих отмену приговора, допущено не было. Дело расследовано и рассмотрено всесторонне, полно и объективно.

Согласно представленному уголовному делу, право собственности Российской Федерации на земельный участок было зарегистрировано в 2004 году в соответствии с требованиями законодательства Российской Федерации, что следует из материалов лесоустройства, свидетельства о государственной регистрации права, выписки из государственного лесного реестра.

Судом установлено, что, являясь главой крестьянского (фермерского) хозяйства, Б. имеет в пожизненном наследуемом владении используемые им для ведения крестьянского хозяйства земельные участки в собственности, которые пересекаются с землями лесного фонда в массиве лесничества Смоленской области. Материалами дела подтверждается, что Б. совместно с сыном А., которого ввел в заблуждение о законности рубки лесных насаждений на территории крестьянского (фермерского) хозяйства, произвел незаконную рубку лесных насаждений.

Суд первой инстанции верно установил, что до начала рубки лесных насаждений Б. необходимо было обратиться в Департамент Смоленской области по охране, контролю и регулированию использования лесного хозяйства, объектов животного мира и среды их обитания для согласования и получения разрешения на эти работы, так как лесной фонд является федеральной собственностью, однако данные действия им сделаны не были. Вопреки доводам апелляционной жалобы адвоката, осужденный знал о том, что принадлежащие ему земельные участки имеют пересечение с землями лесного фонда. Данные обстоятельства подтверждаются разъяснениями к государственному акту на право собственности на землю, договором.

Указание адвоката на то, что Б. до начала рубки лесных насаждений оформил все документы на проведение культурно - технической мелиорации, судом обоснованно не были приняты во внимание, поскольку проект на проведение культурно - технических работ не дает право на проведение рубки лесных насаждений на землях лесного фонда. С данными выводами соглашается и апелляционная инстанция.

Судом обоснованно указано на то, что согласно проектной документации на культуртехнические работы на землях крестьянско-фермерского хозяйства, на данном объекте предусмотрена корчевка только кустарника и мелколесья. Также свидетель В. показал, что вырубка должна была производиться на части выдела №, однако Б. производил рубку в другой части данного выдела, не планируемого в рекультивацию.

Суд обоснованно признал несостоятельными доводы адвоката, что земельные участки, принадлежащие Б., имеют границы, установленные в соответствии с требованиями земельного законодательства, внесенные в ЕГРН и в случае пересечения их с границами лесного участка, подлежат изменению границы последнего, поскольку данный участок является ранее учтенным и отнесенным к землям лесного фонда.

Изложенные в апелляционной жалобе доводы по существу сводятся к переоценке доказательств, которые судом исследованы и оценены по внутреннему убеждению, как это предусмотрено ст. 17 УПК РФ. Само по себе несогласие адвоката, избравшего данный способ реализации предоставленных уголовно-процессуальным законом прав, с данной судом оценкой доказательств не влияет на правильность выводов суда об указанных в судебном решении обстоятельствах, не свидетельствует об односторонней оценке доказательств и не является основанием для отмены или изменения приговора.

Судом правильно квалифицированы действия Б. по ч. 3 ст. 260 УК РФ, как незаконная рубка лесных насаждений в особо крупном размере.

Гражданский иск потерпевшего разрешен в соответствии с требованиями ст. 1064 ГК РФ, поскольку вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Вопреки доводам апелляционной жалобы размер причиненного ущерба определен судом правильно.

Имеющиеся в материалах дела экспертиза оценена судом надлежащим образом, в совокупности с другими исследованными по делу доказательствами. Экспертиза проведена в соответствии с требованиями УПК РФ, экспертами, имеющими надлежащую квалификацию, эксперты предупреждены об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ. Указанная экспертиза научно обоснована, выводы надлежащим образом мотивированны, каких-либо оснований сомневаться в их правильности не имеется.

Ходатайство о вызове в судебное заседание свидетелей, об истребовании межевых планов, проектной документации на культурно-технические работы, также было отказано правильно, в виду их необоснованности, поскольку в материалах дела имеется вся необходимая документация.

В назначении почерковедческой экспертизы по ходатайству защитника было также отказано, поскольку данное ходатайство было основано только на пояснениях Б., иных доказательств о том, что подпись выполнена не им, не имелось; кроме того, ходатайство было заявлено по истечении продолжительного периода времени после поступления уголовного дела в суд. С данными выводами соглашается и суд апелляционной инстанции.

Вопреки доводам жалобы протокол осмотра места происшествия составлен в соответствии с требованиями УПК РФ, с участием специалиста, применявшего фотосъемку. В данном протоколе указано на разъяснение до начала следственных действий прав и обязанностей, содержание протокола в целом удостоверено подписями участвующих лиц без каких-либо замечаний о нарушении чьих-то прав. Фототаблица изготовлена специалистом, осуществлявшим фотосъемку, надлежаще удостоверена его подписями и печатью и приобщена к протоколу в установленном законом порядке. Поэтому суд обоснованно признал указанные протоколы осмотра допустимыми доказательствами.

Принимая во внимание, что судом первой инстанции учтены все данные о личности осужденного, суд апелляционной инстанции находит назначенное Б. наказание справедливым и соразмерным содеянному, соответствующим общественной опасности совершенного и личности виновного, закрепленным в уголовном законодательстве РФ принципам гуманизма и справедливости и полностью отвечающим задачам исправления осужденного. Суд обоснованно назначил наказание в виде лишения свободы, в силу ст. 73 УК РФ условно с испытательным сроком, мотивировал принятое решение, с ним соглашается и суд апелляционной инстанции. Обоснованно не усмотрел оснований для назначения дополнительного наказания.

Таким образом, все заслуживающие внимания обстоятельства, известные суду на момент постановления приговора, были надлежащим образом учтены при решении вопроса о виде и размере наказания,

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Смоленского областного суда приговор Гагаринского районного суда Смоленской области от 20 декабря 2024 года в отношении Б. оставлен без изменения, а апелляционная жалоба адвоката с дополнениями - без удовлетворения.

Выражая несогласие с принятыми судебными актами, осужденный Б. в кассационной жалобе просит приговор и апелляционное определение отменить, прекратить производство по делу на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, ссылаясь на следующее.

Считает, что обвинительное заключение составлено с нарушениями требований уголовно-процессуального закона, поскольку в данном процессуальном документе не приведены мотивы, цели, последствия и другие обстоятельства, имеющие значение для дела, что исключало возможность постановления приговора.

Полагает, что надлежащие оценка и анализ исследованных доказательств в приговоре не приведены, мотивы, которыми суд руководствовался, не указаны.

Настаивает, что в его действиях отсутствует состав преступления, в уголовном деле имеются доказательства его невиновности.

Анализируя доказательства, приходит к выводу об отсутствии у него умысла на совершение преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 260 УК РФ, отмечая, что получал разрешение на производство рубки деревьев из администрации муниципального образования и Департамента мелиорации Смоленской области, был уверен в законности своих действий, после получения запрета свои действия прекратил.

Считает, что в удовлетворении ходатайств стороны защиты об истребовании материалов из правоохранительных органов относительно выявления фактов незаконной рубки за период с 2015 по 2021 год, межевых планов из Роскадастра, в допросе должностных лиц ФГБУ «Управление Смоленскмелиоводхоз», муниципального образования «Гагаринский район», назначении по делу почерковедческой экспертизы, допросе экспертов, проводивших землеустроительное и лесотехническое исследование, судом было отказано незаконно и необоснованно.

Настаивает на недопустимости заключения экспертов от 18 октября 2024 года, поскольку оно выполнено на основании постановления суда, которым была назначена другая экспертиза, не содержит выводы по поставленным судом вопросам.

Полагает, что судом не дана оценка заключению экспертов от 21 августа 2023 года, не обоснованы мотивы своего решения.

Указывает о недопустимости как доказательства протокола осмотра места происшествия от 11 февраля 2021 года, поскольку в нем не указано о применении технических средств - навигатора и рулетки, условиях и порядке их использования, объектах к которым эти средства были применены, а также протокол не содержит сведений о действиях следователя при осмотре в необходимой последовательности, необходимой детализации и фотоснимков, в ходе процессуального действия не было изъято образцов поваленных деревьев, не произведены спилы, не проведены должные измерения.

В возражениях на кассационную жалобу государственный обвинитель просит состоявшиеся судебные решения оставить без изменения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, возражений, судебная коллегия отметила следующее.

В судебном заседании всесторонне, полно и объективно исследовались показания осужденного, представителей потерпевшего, свидетелей, в том числе по ходатайствам сторон при наличии на то оснований оглашались показания участников уголовного судопроизводства, данные ими в ходе предварительного расследования, выяснялись неточности и причины противоречий в этих показаниях и путем объективного и всестороннего исследования всех доказательств по делу в их совокупности эти противоречия и неточности устранялись.

Проверив доказательства в их совокупности, дав им оценку, суд первой инстанции пришел к выводу об их достаточности для разрешения дела, признав Б. виновным в совершении преступления, этот вывод изложил в приговоре, а принятое решение мотивировал.

Существенных противоречий в доказательствах, положенных в основу приговора, не содержится. Оснований для признания доказательств недопустимыми не имеется.

Все заявленные сторонами ходатайства разрешены правильно, о чем судами вынесены мотивированные постановления, с которыми суд кассационной инстанции полагал необходимым согласиться.

Экспертные заключения соответствует требованиям статьи 204 УПК РФ и статьям 4, 8, 25 Федерального закона от 31 мая 2001 года № 73 - ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации». Заключения содержат ссылки на материалы, представленные для производства судебной экспертизы, в заключениях приведены содержание и результаты исследований, обозначены примененные методики, заключения содержат выводы по всем поставленным вопросам и их обоснование. Противоречий в выводах эксперты не допустили, научно их обосновали. Оснований для признания данных экспертных заключений недопустимыми доказательствами не имеется. Вопреки доводам жалобы, суд дал оценку всем заключениям экспертов, должным образом обосновав свои выводы. Суд обоснованно отказал в удовлетворении ходатайства адвоката о вызове и допросе в судебном заседании экспертов, поскольку заключение судебной землеустроительной и лесотехнической экспертизы неясностей и противоречий не содержит. Ссылка в заключении экспертов, проводивших дополнительные исследования, на первоначальное постановление о назначении экспертизы существенного значения для дела не имеет.

Вопреки доводам жалобы, протокол осмотра места происшествия от 11 февраля 2021 года составлен в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, необходимость в большей детализации хода процессуального действия отсутствовала.

Изложенные в жалобе доводы о недоказанности виновности осужденного по существу сводятся к переоценке доказательств, которые судами первой и апелляционной инстанций исследованы и оценены по внутреннему убеждению, как это предусмотрено ст. 17 УПК РФ. Переоценка доказательств не входит в компетенцию суда кассационной инстанции.

Судами первой и апелляционной инстанций на основании исследованных доказательств установлено, что Б. должен был осознавать незаконность своих действий, а сам по себе факт обращения за получением разрешения в органы, таковым правом не обладающих, не свидетельствуют об отсутствии в его действиях состава преступления.

Доводам стороны защиты, как в суде первой, так и в суде апелляционной инстанции дана необходимая оценка, выводы судов в должной степени мотивированы.

Судами соблюдены основополагающие принципы уголовного судопроизводства.

Обвинительное заключение составлено в соответствии с требованиями ст. 220 УПК РФ, основания для возвращения уголовного дела прокурору отсутствовали.

Назначенное Б. наказание соответствует требованиям главы 10 УК РФ, его нельзя признать несправедливым вследствие чрезмерной суровости.

В апелляционном определении приведены все существенные доводы апелляционной жалобы и дополнений к ней, им дана оценка с приведением достаточных с точки зрения разумности мотивов принятого решения.

Кассационным определением судебной коллегии по уголовным делам Второго кассационного суда общей юрисдикции от 16 октября 2025 года приговор Гагаринского районного суда Смоленской области от 20 декабря 2024 года и апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам Смоленского областного суда от 12 марта 2025 года в отношении Б. оставлены без изменений, кассационная жалоба осужденного Б. – без удовлетворения.

Уголовное дело, в котором участвуют несколько подсудимых, рассматривается судом с участием присяжных заседателей в отношении всех подсудимых, если хотя бы один из них заявляет ходатайство о рассмотрении уголовного дела в данном составе

Приговором Гагаринского районного суда Смоленской области от 14 июня 2024 года с участием присяжных заседателей:

С. осужден по ч. 4 ст. 111 УК РФ к лишению свободы на срок 9 лет 9 месяцев с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима;

Ш. осужден по ч. 4 ст. 111 УК РФ к лишению свободы на срок 9 лет 7 месяцев с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима;

У. осужден по ч. 4 ст. 111 УК РФ к лишению свободы на срок 12 лет с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Приговором разрешен вопрос о мере пресечения, судьбе вещественных доказательств.

С., Ш., У. признаны виновными за умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, с применением предметов, используемых в качестве оружия, группой лиц, повлекшие по неосторожности смерть потерпевшего.

В апелляционной жалобе адвокат в защиту интересов осужденного У. просит приговор отменить и направить материалы уголовного дела на новое судебное разбирательство со стадии подготовки к судебному заседанию. В обоснование своей позиции о незаконности постановленного приговора автор, ссылаясь на положения ч. 2 ст. 297, ч. 2 ст. 325 УПК РФ, указывает на рассмотрение уголовное дела с участием присяжных заседателей, несмотря на отказ У. Cчитает, что нарушение председательствующим предусмотренной законом процедуры рассмотрения уголовных дел с участием присяжных заседателей повлекли ограничение полномочий коллегии присяжных заседателей на полное исследование фактических обстоятельств деяния, в совершении которого обвиняется У. и как результат существенное нарушение уголовно-процессуального закона - нарушение права осужденного на справедливое судебное разбирательство.

В апелляционной жалобе и дополнениях осужденный У. просит приговор отменить, уголовное дело передать на новое судебное разбирательство со стадии подготовки к судебному заседанию. В обоснование, автор указывает на заявление в ходе предварительного слушания по делу ходатайств о признании недопустимыми ряда доказательств по делу и необоснованный и немотивированный отказ суда в их удовлетворении. Вместе с тем, в последствии после оглашения и изучения материалов уголовного дела вышеуказанные ходатайства рассматривались судом в присутствии коллегии присяжных заседателей, в нарушение установленного положениями закона порядка рассмотрения уголовного дела с участием коллегии присяжных заседателей. Ссылается при этом на нарушение председательствующим судьей предусмотренной законом процедуры рассмотрения уголовных дел с участием присяжных заседателей. Автор также считает, что показания Ш. и С. являются недопустимыми доказательствами, так как они являются лицами, заинтересованными в исходе дела, и достоверность сообщенных ими сведений не представляется возможным проверить. Осужденный считает, что все протоколы судебных заседаний не соответствуют требованиям ст. ст. 259, 353 УПК РФ, так как данные письменных протоколов судебного заседания содержат высказывания государственного обвинителя, не зафиксированные на аудиозаписи судебного заседания, в том числе об определении порядка исследования доказательств, выступления в прениях; заявления и выступление защитника - адвоката У. либо не приведены, либо приведены неполно или искажена их суть, показания потерпевшей Т. также изложены неверно и искажены; в протоколе не указано о заявленном им ходатайстве и принятом решении. Отмечая иные допущенные судом нарушения, автор указывает на заявленные им ряд ходатайств об ознакомлении с протоколами судебных заседаний, в том числе аудиопротоколами, и необоснованные отказы суда в ознакомлении с протоколами судебных заседаний, составленных в письменной форме, и с аудиозаписью судебных заседаний, что повлекло нарушение его права на судебную защиту. Автор отмечает, что после удаления коллегии присяжных заседателей в совещательную комнату, он и другие подсудимые были выведены из зала судебного заседания и не смогли проконтролировать тайну совещания коллегии присяжных заседателей при вынесении вердикта.

В апелляционной жалобе адвокат в защиту интересов осужденного Ш. просит приговор изменить, снизив назначенный срок наказания. В обоснование своей позиции о несправедливости оспариваемого судебного акта вследствие его чрезмерной суровости, автор, ссылаясь на положения ст. 6 и ст. 43 УК РФ, указывает на признание судом в качестве смягчающего наказание обстоятельства явку с повинной, отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, применение судом положений ч. 1 ст. 62 УК РФ и назначении наказания Ш., приближенного к максимальному наказанию, формально указав на учет данных о личности виновного, и смягчающего наказание обстоятельства - противоправное поведение потерпевшего, явившееся поводом для преступления, состояние его здоровья, частичное признание вины и состояние здоровья его матери. Автор также считает, что судом необоснованно не признано в качестве обстоятельства, смягчающего наказание Ш., активное способствование раскрытию и расследованию преступления, в виду того, что Ш. в ходе предварительного расследования добровольно и неоднократно давал показания по существу предъявленного обвинения, участвовал в следственных действиях, направленных на установление объективной истины по делу.

В апелляционной жалобе и дополнениях осужденный Ш. просит приговор отменить, уголовное дело передать на новое судебное разбирательство со стадии подготовки к судебному заседанию. В обоснование своей позиции о несправедливости постановленного приговора и несоответствия его преступным деяниям, автор указывает на несоблюдение судом требований ст. 6 УК РФ, нарушение принципа справедливости и дифференциации ответственности соучастников по мере участия в преступном деянии. Считает, что суд в приговоре не указал по каким основаниям при наличии противоречивых доказательств, имеющих существенное значение для выводов суда, принял одни из этих доказательств и отверг другие. Считает, что суд, формально указав на учет данных о его личности, и смягчающего наказание обстоятельства - противоправное поведение потерпевшего, явившееся поводом для преступления, состояние его здоровья, частичное признание вины и состояние здоровья его матери, не учел в полной мере при назначении наказания. Автор также считает, что судом необоснованно не признано в качестве обстоятельства, смягчающего наказание, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, в виду того, что в ходе предварительного расследования он добровольно и неоднократно давал показания по существу предъявленного обвинения, участвовал в следственных действиях, направленных на установление объективной истины по делу.

В возражениях на апелляционную жалобу защитников и осужденных потерпевшая Т. приводит суждения об отсутствии оснований для ее удовлетворения, в виду проведения судебного разбирательства с участием коллегии присяжных заседателей в соответствии с требованиями закона с исследованием предоставленных сторонами доказательств, своевременном и правильном разрешении заявленных ходатайств и постановлении по итогам проведенного разбирательства законного и справедливого приговора.

Изучив материалы уголовного дела, проверив и обсудив доводы апелляционных жалоб с дополнениями и возражения, судебная коллегия пришла к следующим выводам.

Уголовное дело в отношении С., Ш. и У. рассмотрено судом с участием присяжных заседателей при наличии к тому законных оснований. Согласно протоколу судебного заседания в порядке предварительного слушания обвиняемый С. поддержал ходатайство о рассмотрении уголовного дела судом с участием присяжных заседателей. Обвиняемый Ш. не возражал против удовлетворения ходатайства. Обвиняемый У. не поддержал ранее заявленное ходатайство и возражал против рассмотрения дела судом с участием присяжных заседателей.

Суд, не усмотрев возможности выделения уголовного дела в отношении обвиняемого У. в отдельное производство, не нашел оснований для принятия соответствующего процессуального решения, поскольку это препятствовало бы всесторонности, объективности разрешения уголовного дела, выделенного в отдельное производство, и уголовного дела, рассматриваемого судом с участием присяжных заседателей.

Вопреки доводам, приведенным в апелляционных жалобах осужденного У. и его защитника, при таких данных принятое судом решение об удовлетворении ходатайства обвиняемого С., назначение и проведение судебного заседания с участием присяжных заседателей полностью соответствует требованиям уголовно-процессуального закона и не нарушает процессуальные права обвиняемого У., и остальных обвиняемых.

Особенности рассмотрения уголовного дела судом с участием присяжных заседателей, в том числе юридические последствия вердикта и порядок его обжалования, обвиняемым были разъяснены.

Разногласия между обвиняемыми о форме судопроизводства, в соответствии с которой подлежало рассмотрению уголовное дело, возникли не из-за допущенных судом нарушений требований закона, а в связи с различиями в позиции защиты, занятой каждым из обвиняемых по делу. Интересы всех обвиняемых защищали профессиональные адвокаты, и они имели возможность консультироваться друг с другом, в том числе и по вопросу о форме судопроизводства по данному делу.

Из материалов дела видно, что судебное разбирательство проведено с учетом требований уголовно-процессуального закона, определяющих его особенности в суде с участием присяжных заседателей. При этом осужденным С., Ш. и У. на всех стадиях производства разъяснялись особенности рассмотрения дела с участием присяжных заседателей, права в судебном разбирательстве и порядок обжалования приговора.

Утверждения, содержащиеся в апелляционных жалобах о том, что государственным обвинителем и председательствующим по делу судьей в ходе процесса оказывалось незаконное воздействие на присяжных заседателей с намерением сформировать у них предубеждение в виновности У. в предъявленном обвинении, опровергаются протоколом судебного заседания, в связи с чем, судебная коллегия не находит их состоятельными.

Данных об исследовании судом с участием присяжных заседателей недопустимых доказательств не имеется. Вопросы допустимости доказательств, вопреки доводам апелляционных жалоб, разрешались председательствующим судьей в соответствии с требованиями главы 10 УПК РФ.

Данных о нарушении председательствующим судьей объективности, об обвинительном уклоне, материалы дела не содержат. Из протокола судебного заседания следует, что стороны не были ограничены в возможности предоставления и исследования перед присяжными заседателями доказательств по вопросам, отнесенным к их компетенции, не имелось случаев произвольного отказа сторонам в исследовании доказательств с учетом особенностей судебного следствия в суде с участием присяжных заседателей, в возможности задать вопросы допрашиваемым в судебном заседании лицам.

Судебное следствие было окончено при отсутствии возражений сторон.

Прения сторон проведены с соблюдением положений ст. 336 УПК РФ.

Стороны в своих выступлениях довели до коллегии присяжных заседателей свои позиции относительно предъявленного У., С. и Ш. обвинения, проанализировали совокупность исследованных доказательств, дав оценку их достоверности и достаточности.

Вопросный лист сформулирован председательствующим судьей в соответствии с положениями ст. ст. 338, 339 УПК РФ, с учетом предъявленного обвинения, результатов судебного следствия, позиций сторон, высказанных в судебных прениях.

При произнесении напутственного слова председательствующим судьей требования закона были в полной мере соблюдены, принципы объективности не нарушены. Как это и предусмотрено законом, председательствующий напомнил присяжным заседателям содержание обвинения и уголовного закона, предусматривающего ответственность за деяния, в совершении которых обвинялись подсудимые, напомнил исследованные в суде доказательства, разъяснил правила оценки доказательств и другие принципы правосудия.

Вердикт коллегии присяжных является ясным и непротиворечивым.

Приговор постановлен председательствующим в соответствии с требованиями ст. 351 УПК РФ, определяющей особенности в суде с участием присяжных заседателей. В соответствии с положениями п. 3 указанной нормы в описательно­-мотивировочной части обвинительного приговора приводится лишь описание преступного деяния, в совершении которого подсудимый признан виновным, квалификация содеянного, мотивы назначения наказания и обоснование решения суда в отношении гражданского иска, в связи с чем, доводы осужденного У. о незаконности приговора, в которых не дано надлежащей оценки противоречивым доказательствам, представленным стороной обвинения, не основаны на положениях действующего законодательства.

Действия осужденных квалифицированы председательствующим в соответствии с установленными вердиктом коллегии присяжных заседателей фактическими обстоятельствами, мотивированные выводы относительно юридической оценки действий осужденных в приговоре приведены.

Квалификация действий У., С. и Ш. по ч. 4 ст. 111 УК РФ является правильной.

Наказание осужденным У., С. и Ш., вопреки доводам апелляционных жалоб, назначено с учетом положений ст. ст. 43, 60 УК РФ, соответствует характеру, степени общественной опасности совершенного ими преступления и сведениям об их личностях.

При этом судом в должной мере учтены имеющиеся смягчающие обстоятельства и отягчающее обстоятельство у У.

Обстоятельствами, смягчающими наказание С., Ш., У., суд верно признал противоправность поведения потерпевшего, явившегося поводом для преступления.

Обстоятельствами, смягчающими наказание С. и Ш., также верно признаны судом явка с повинной С. и явка с повинной Ш. и частичное признание ими вины.

Обстоятельством, смягчающим наказание Ш., суд верно учел состояние здоровья его матери Ш., страдающей онкологическим заболеванием.

Обстоятельством, смягчающим наказание Удалову А.А., суд правильно признал нахождение на иждивении несовершеннолетнего ребенка.

Вопреки утверждениям осужденного Ш. и его защитника, осужденного С. оснований для признания смягчающим наказание осужденному Ш. и осужденному С. обстоятельством - активное способствование раскрытию и расследованию преступления судом обоснованно не установлено, поскольку никаких активных действий, направленных на раскрытие и расследование преступления, осужденными Ш. и С. совершено не было, а частичное признание вины каждым осужденным является его отношением к предъявленному обвинению и само по себе в соответствии со ст. 61 УК РФ не относится к обстоятельствам, смягчающим наказание.

Апелляционным определением Смоленского областного суда приговор Гагаринского районного суда Смоленской области от 26 ноября 2024 года в отношении С., Ш., У. - оставлен без изменения, апелляционные жалобы С., Ш., У., адвоката в интересах осужденного У., адвоката в интересах осужденного Ш. - без удовлетворения.

Не согласившись с приговором и апелляционным определением, в кассационной жалобе осужденный Ш., просит эти решения изменить, учесть все смягчающие наказание обстоятельства, смягчив назначенное ему наказание с применением ст. 64 УК РФ. В доводах, приводя обстоятельства инкриминируемого преступления, указывает на то, что назначенное ему наказание является несправедливым, чрезмерно суровым, несоразмерным его действиям. Считает, что от его действий смерть потерпевшего не могла наступить. Обращает внимание на то, что его признательные показания в ходе предварительного следствия были даны им под психологическим и физическим воздействием сотрудников полиции, без участия адвоката, нарушено его право на защиту. Выражает несогласие с протоколом судебного заседания. Утверждает, что судом при назначении ему наказания не учтено в качестве смягчающего наказание обстоятельства наличие на иждивении малолетнего ребенка, формально учтены иные смягчающие наказание обстоятельства.

В возражениях на кассационную жалобу осужденного Ш., государственный обвинитель, опровергая доводы жалобы, просит судебные решения оставить без изменения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, возражений, судебная коллегия пришла к следующему.

Данных о том, что в отношении Ш. были применены незаконные методы следствия, а также было нарушено его право на защиту, из материалов дела не усматривается.

Протокол судебного заседания соответствует требованиям ст. 259 УПК РФ. Замечания на протокол судебного заседания от Ш. не поступали.

Вердикт коллегии присяжных заседателей вынесен в соответствии с требованиями ст. ст. 343, 345, 347 УПК РФ, является единодушным, ясным и непротиворечивым. Ответы присяжных заседателей на поставленные перед ними вопросы представляют собой утверждение с обязательным пояснительным словосочетанием, раскрывающим смысл ответа, которое не позволяет истолковать его иначе, чем изложено.

Обвинительный приговор постановлен в соответствии с вердиктом коллегии присяжных заседателей.

Действия осужденного Ш. по ч. 4 ст. 111 УК РФ квалифицированы председательствующим правильно, в соответствии с вердиктом присяжных заседателей. Вердиктом присяжных заседателей доказано совершение Ш. умышленного причинения тяжкого вреда здоровью М., опасного для его жизни, с применением предметов, используемых в качестве оружия (стеклянные бутылки), группой лиц, повлекшего по неосторожности смерть М.

Наличие причинной связи между действиями Ш., действующего в группе, и наступлением смерти М. подтверждается установленными непосредственно вердиктом, обстоятельствами и обоснованными выводами суда, приведенными в приговоре.

Виновность осужденного Ш. в совершении указанного преступления и конкретные обстоятельства, при которых это преступление было совершено, установлены вердиктом присяжных заседателей, правильность которого в силу положений требований ч. 4 ст. 347 УПК РФ ставить под сомнение запрещается.

В этой связи доводы Ш. о том, что от его действий смерть М. не могла наступить, фактически направлены на оспаривание вердикта коллегии присяжных заседателей и поэтому не могут служить основанием для отмены или изменения приговора.

Психическое состояние Ш. проверено. Согласно выводам экспертов хроническим психическим расстройством он не страдал, не обнаруживал признаков какого-либо временного психического расстройства, в момент инкриминируемого деяния мог осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими.

При назначении наказания Ш. судом учтены характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные, характеризующие его личность, установлены смягчающие наказание обстоятельства, а также применены положения ч. 1 ст. 62 УК РФ.

Каких-либо исключительных обстоятельств для применения ст. 64 УК РФ, как и оснований, предусмотренных ч. 6 ст. 15 УК РФ, не имеется.

Оснований для признания назначенного осужденному наказания чрезмерно суровым, как и для его смягчения, признания в качестве смягчающего наказание обстоятельства наличие у Ш. малолетнего ребенка, не имеется, поскольку оно является справедливым и соразмерным содеянному, данных о наличие малолетнего ребенка у осужденного материалы дела не содержат.

При рассмотрении дела в апелляционном порядке суд в соответствии с требованиями ст. 389.9 УПК РФ проверил в полном объеме доводы апелляционных жалоб, в том числе аналогичные доводам, изложенным в кассационной жалобе осужденного, и обоснованно отверг их, указав в апелляционном определении мотивы принятого решения. Содержание апелляционного определения соответствует требованиям ст. 389.28 УПК РФ.

Кассационным определением судебной коллегии по уголовным делам Второго кассационного суда от 8 октября 2025 года приговор Гагаринского районного суда Смоленской области от 14 июня 2024 года и апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам Смоленского областного суда от 26 ноября 2024 года в отношении Ш. оставлены без изменения, кассационная жалоба - без удовлетворения.

Непроведение следственного эксперимента, не влечет незаконность приговора суда

Приговором Гагаринского районного суда Смоленской области от 3 декабря 2024 года З. осужден по ч. 3 ст. 30 - ч. 1 ст. 161 УК РФ к 1 году 6 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

На основании ч. 5 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенного наказания с наказанием по приговору Сычевского районного суда Смоленской области от 23.07.2024 года, З. окончательно назначено наказание в виде 4 лет 4 месяцев лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Приговором разрешен вопрос о мере пресечения, судьбе вещественных доказательств.

З. признан виновным за покушение на грабеж, за покушение на открытое хищение.

В апелляционной жалобе с дополнениями осужденный З. не согласен с приговором суда. Указал, что не совершал инкриминируемого преступления. Считает, что суд не дал оценку противоречиям в показаниях свидетелей. Отмечает, что показания, данные потерпевшим в суде противоречат его оглашенным показаниям. Усматривает оказание давление на потерпевшего в ходе судебного заседания. Полагает, что суд нарушил его право на защиту, поскольку не удовлетворил ходатайство о проведении следственного эксперимента на предмет нахождения в поле зрения сотрудников ДПС входа в кафе. Делает вывод об отсутствии доказательств его вины. Считает необоснованными приведенные в приговоре характеризующие данные, поскольку ничем не подтверждены. Просит приговор отменить, З. оправдать.

В возражениях помощник Гагаринского межрайонного прокурора Смоленской области, указывая на необоснованность доводов апелляционной жалобы З., просит приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционной жалобы с дополнением, суд апелляционной инстанции пришел к следующему.

Виновность З. в совершении преступления установлена в ходе судебного разбирательства и подтверждена совокупностью собранных и всесторонне исследованных доказательств.

Каких-либо данных, свидетельствующих о заинтересованности свидетелей и потерпевшего в исходе дела либо оговоре ими осужденного, в материалах уголовного дела не содержится.

Судом были созданы необходимые условия для исполнения сторонами возложенных на них процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав, обеспечено процессуальное равенство сторон, права по представлению и исследованию доказательств.

Судом дана надлежащая оценка показаниям осужденного, с учетом совокупности других исследованных доказательств.

Доводы апелляционной жалобы осужденного о его непричастности к совершению инкриминируемого преступления, опровергаются исследованными доказательствами, в том числе показаниями потерпевшего, который дал подробные показания о лице совершившем преступление и обстоятельствах его совершения, а также свидетеля Т. прямо указавшего на З., как на лицо пытавшееся похитить упаковку пива из кафе.

Доводы апелляционной жалобы о наличии противоречий между показаниями потерпевшего и свидетелей в суде и их оглашенными показаниями, являются несостоятельными. Потерпевший и свидетели подтвердили правильность показаний, данных в ходе предварительного следствия и оглашенных в суде. Незначительные противоречия объяснили давностью произошедших событий.

Ссылка апелляционной жалобы на непроведение следственного эксперимента, не влечет незаконность приговора суда. Отказ в удовлетворении указанного ходатайства, не повлиял на правильность установленных судом обстоятельств преступления, поскольку совокупность исследованных судом доказательств является достаточной для установления виновности З. Оснований не доверять показаниям свидетелей и потерпевшего не имеется.

Наказание назначено в пределах, предусмотренных уголовным законом, с учетом характера и степени общественной опасности содеянного, влияния назначенного наказания на исправление осужденного, данных о личности виновного, наличия смягчающего и отягчающего наказание обстоятельств, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Суд учел данные о личности осужденного, который отрицательно характеризующегося по месту жительства.

Доводы апелляционной жалобы о необоснованности исследованной судом характеристики являются несостоятельными, поскольку исследованная характеристика дана надлежащим должностным лицом, имеющим соответствующую информацию об осужденном.

Суд обоснованно учел в качестве обстоятельства, смягчающего наказание Захарова С.С. ,в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ - состояние здоровья.

В качестве отягчающего обстоятельства суд признал рецидив преступлений.

Суд мотивировал отсутствие оснований для применения положений ч. 6 ст. 15, ст. 64, ч. 3 ст. 68 и ст. 73 УК РФ.

Приговор суда является законным и обоснованным. Доводы апелляционной жалобы с дополнением не подлежат удовлетворению.

Апелляционным определением Смоленского областного суда от 12 марта 2025 года приговор Гагаринского районного суда Смоленской области от 3 декабря 2025 года оставлен без изменения, апелляционная жалоба – без удовлетворения.

В кассационной жалобе осужденный З. выражает несогласие с состоявшимися судебными решениями. Утверждает, что инкриминированного ему преступления он не совершал, потерпевший и свидетели давали противоречивые показания. Просит приговор и апелляционное постановление отменить, производство по уголовному делу прекратить, его (З.) оправдать.

В письменных возражениях на кассационную жалобу Гагаринский межрайонный прокурор Смоленской области и прокурор уголовно-судебного отдела прокуратуры Смоленской области выражают несогласие с приведенными в ней доводами, считает состоявшиеся судебные решения в отношении З. законными, обоснованными, квалификацию содеянного верной, назначенное осужденному наказание справедливым, просит оставить их без изменения, а кассационную жалобу - без удовлетворения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, возражений, судебная коллегия пришла к следующему.

Приговор в полной мере отвечает требованиям п. п. 1, 2 ст. 307 УПК РФ, в нем содержится описание преступного деяния, признанного судом доказанным, с указанием места, времени, способа совершения преступления, формы вины З., приведены мотивы, по которым суд признал достоверными одни доказательства и отверг другие.

Вопреки доводам кассационной жалобы, суд тщательно проверил доводы З. о том, что хищения ящика с пивом из кафе он не совершал, об оговоре его потерпевшим и свидетелями и справедливо признал эти доводы несостоятельными.

У суда первой инстанции не имелось оснований не доверять показаниям потерпевшего и свидетелей, которые согласуются между собой и дополняют друг друга.

Суд кассационной инстанции констатирует, что судебное следствие по делу проведено в соответствии с требованиями ст. ст. 273-291 УПК РФ. Суд первой инстанции, сохраняя объективность и беспристрастность, обеспечил полное равноправие сторон, принял все меры по реализации принципа состязательности, создал необходимые условия для исполнения ими процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав.

Именно тщательный анализ и основанная на законе оценка всех исследованных в судебном заседании доказательств в их совокупности, при соблюдении принципов равноправия и состязательности сторон, презумпции невиновности, позволили суду установить фактические обстоятельства преступления, правильно применить уголовный закон и квалифицировать содеянное З. В то же время суд апелляционной инстанции, не обратил внимания на ошибку в его описательно-мотивировочной части на странице 6, где при изложении вывода о зачете в срок наказания времени содержания З. под стражей указана фамилия «К.»

Кассационным определением Второго кассационного суда общей юрисдикции от 2 октября 2025 года приговор Гагаринского районного суда Смоленской области от 3 декабря 2024 года в отношении З. изменен: указано в описательно-мотивировочной части приговора на странице 6 вместо фамилии «К.» фамилию «З.». В остальной части этот же приговор, а также апелляционное постановление Смоленского областного суда от 12 марта 2025 года в отношении З. оставлен без изменения, кассационная жалоба - без удовлетворения.

Назначение наказание в виде лишения свободы при совершении 4 преступлений небольшой тяжести, удовлетворительной характеристики по месту жительства; при отсутствии отягчающих обстоятельств; при наличии обстоятельств, смягчающих наказание: состояние здоровья, а также признание вины, не свидетельствуют о чрезмерно суровом наказании

Приговором Гагаринского районного суда Смоленской области от 27 августа 2025 года А. осужден по четырем преступлениям, предусмотренным ч. 1 ст. ст. 314.1 УК РФ на 6 месяцев лишения свободы по каждому эпизоду.

На основании ч. 2 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения наказаний, окончательно назначено наказание в виде 1 года 2 месяцев лишения свободы, с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Решена судьба вещественных доказательств.

А. признан виновным том, что являясь поднадзорным лицом, при освобождении из мест лишения свободы не прибыл без уважительных причин, к избранному им месту жительства, в определенный администрацией исправительного учреждения срок, в целях уклонения от административного надзора, а так же в самовольных оставлениях места жительства, совершенных в целях уклонения от административного надзора.

В апелляционной жалобе осужденный А., не оспаривая законность и обоснованность судебного решения, считает приговор несправедливым в виду сурового наказания. Полагает, что суд при назначении наказания вышел за рамки санкции статьи. Считает, что суд должен был рассмотреть возможность назначения более мягкого наказания из числа предусмотренных, что судом первой инстанции не было соблюдено, поскольку лишение свободы самый строгий вид наказания. Просит изменить вид наказания на более мягкий.

В возражениях на апелляционную жалобу осужденного А. помощник прокурора Гагаринского межрайонного прокурора Смоленской области просит приговор суда оставить без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции пришел к следующему.

Наказание А. назначено в соответствии с требованиями главы 10 Общей части УК РФ, с учетом характера и степени общественной опасности содеянного, данных о его личности, конкретных обстоятельств дела, а именно: совершения им 4 преступлений небольшой тяжести, удовлетворительной характеристики по месту жительства; при отсутствии отягчающих обстоятельств; при наличии обстоятельств, смягчающих наказание: состояние здоровья, а также признание вины, и не свидетельствуют о чрезмерно суровом наказании.

Суд правильно признал А. вменяемым как на момент совершения преступлений, так и в настоящее время, с чем соглашается и суд апелляционной инстанции.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, учитывая характер и степень общественной опасности содеянного осужденным, данным о его личности, принимая во внимание наличие обстоятельств, смягчающих наказание, влияние наказания на исправление осужденного, в целях восстановления социальной справедливости, исправления и предупреждения совершения им новых преступлений, суд пришел к обоснованному выводу о необходимости назначения ему наказания в виде реального лишения свободы, не усмотрев, при этом, оснований для назначения более мягкого наказания и применения ст. 73 УК РФ. Наказание назначено в пределах санкции статей УК РФ, является справедливым, соразмерным содеянному и его личности.

Вид исправительного учреждения определен верно, в соответствии с требованиями ст. 58 УК РФ.

Апелляционным постановлением от 17 ноября 2025 года приговор Гагаринского районного суда Смоленской области от 27 августа 2025 года в отношении А., оставить без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Причинение преступлением незначительного имущественного ущерба потерпевшему не может служить основанием для назначения более мягкого наказания

Приговором Гагаринского районного суда Смоленской области от 18 сентября 2025 года В. осужден по ч. 1 ст. 161 УК РФ к 1 году 10 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Приговором разрешен вопрос о мере пресечения, судьбе вещественных доказательств.

В. признан виновным в совершении грабежа, то есть открытого хищения чужого имущества.

В апелляционной жалобе адвокат осужденного, не оспаривая вину и квалификацию содеянного, считает приговор несправедливым ввиду чрезмерной суровости назначенного В. наказания. В обоснование указывает, что суд в достаточной степени не учел признание осужденным своей вины, его чистосердечное раскаяние в содеянном и полное возмещение причиненного преступлением ущерба, который значительным не является, поэтому потерпевшая в судебном заседании к нему не имела претензий. Кроме того, В. на учетах у врачей нарколога и психиатра не состоит, по месту жительства характеризуется удовлетворительно, состояние его здоровья неудовлетворительное, что подтверждено меддокументацией. Считает, что суровая мера наказания в виде лишения свободы не будет способствовать исправлению и перевоспитанию осужденного, а также негативно скажется на состоянии его здоровья. Просит приговор изменить, В. наказание, не связанное с реальным лишением свободы.

В апелляционной жалобе осужденный В., не оспаривая вину и квалификацию содеянного, считает назначенное наказание за хищение четырех шоколадных батончиков чрезмерно суровым, поскольку несправедливо лишать его свободы на столь длительный срок за то, что ему захотелось сладкого. Отмечает, что является сиротой, жить тяжело, но возместил ущерб, не скрывался, имеет хронические заболевания. Просит не освобождать его от уголовной ответственности, а снизить назначенное наказание до 1 года 4 месяцев лишения свободы.

В возражениях государственный обвинитель указывает, что при назначении наказания судом учтены характер и степень общественной опасности преступления, личность виновного, в том числе обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного, вывод суда о назначении наказания, связанного с лишением свободы, в приговоре должным образом мотивирован, вид, размер наказания и вид исправительного учреждения назначены обосновано. Просит приговор оставить без изменения, а апелляционные жалобы адвоката и осужденного - без удовлетворения.

Проверив материалы уголовного дела, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

При назначении В. наказания, суд, в соответствии с требованиями ст. ст. 6, 43, 60 УК РФ, учитывал: характер и степень общественной опасности совершенного умышленного корыстного преступления, отнесенного законом к категории средней тяжести, направленного против собственности, данные о личности виновного, согласно которым осужденный по месту жительства характеризуется удовлетворительно, на учетах у врачей психиатра и нарколога не состоит, страдает рядом заболеваний, в качестве смягчающих обстоятельств - добровольное возмещение имущественного ущерба, состояние его здоровья, активное способствование расследованию преступления, признание вины и раскаяние в содеянном, в качестве отягчающего обстоятельства - рецидив преступлений, вид которого правильно установлен на основании ч. 1 ст. 18 УК РФ.

В этой связи все указанные в жалобах обстоятельства учитывались судом при назначении В. наказания, иных не представлено, а поведение осужденного, который не работает, семьи не имеет, осознано ведет отклоняющийся от общепринятых норм и законов образ жизни, не свидетельствует о наличии тяжелых жизненных обстоятельств, явившихся поводом для совершения умышленного преступления, связанного с хищением товара, не относящегося к предметам первой необходимости, потому что ему так захотелось.

Таким образом, с учетом влияния наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи, несмотря на то, что хищением не был причинен значительный ущерб, при установленных обстоятельствах, решение суда о назначении В. наказания в виде лишения свободы по правилам ч. 2 ст. 68 УК РФ, при отсутствии оснований для применения положений ч. 1 ст. 62, ч. 3 ст. 68, ст. 64, 73, 53.1 УК РФ, является мотивированным, отвечающим принципам справедливости и целям наказания.

Апелляционным постановлением Смоленского областного суда от 20 ноября 2025 года приговор Гагаринского районного суда Смоленской области от 18 сентября 2025 года в отношении В. оставлен без изменения, а апелляционные жалобы адвоката и осужденного В. - без удовлетворения.

Если осужденный не сообщил сведения ранее неизвестные сотрудникам органа предварительного расследования, то активное способствование раскрытию и расследованию преступления не может быть признано обстоятельством, смягчающим наказание

Приговором Гагаринского районного суда Смоленской области от 22 августа 2025 года П. осужден по ч. 1 ст. 264.1 УК РФ к 360 часам обязательных работ, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами на срок 2 года.

Автомобиль, находящийся в собственности супруги осужденного постановлено конфисковать и обратить в собственность государства.

Решена судьба вещественного доказательства по делу.

Приговором суда П. осужден за то, что, будучи подвергнутым административному наказанию, управлял транспортным средством в состоянии опьянения.

В апелляционном представлении государственный обвинитель ставит вопрос об изменении приговора: исключении из описательно - мотивировочной части приговора указания на смягчающее наказание обстоятельство, предусмотренное п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ и усилении наказания, увеличении срока обязательных работ до 400 часов. В обоснование своей позиции автор, не оспаривая установленные судом фактические обстоятельства и квалификацию действий осужденного, приводит доводы о неправильном применении уголовного закона. В частности, указывает, что при назначении наказания П. в качестве обстоятельства, смягчающего наказание, учтено активное способствование раскрытию и расследованию преступления. При этом автор утверждает, что в соответствии с позицией Верховного Суда РФ, активное способствование раскрытию и расследованию преступления следует учитывать в качестве смягчающего наказание обстоятельства, если лицо о совершенном с его участием преступлении либо о своей роли в преступлении представило органам дознания или следствия информацию, имеющую значение для раскрытия и расследования преступления. Однако П. действий, способствовавших раскрытию и расследованию преступления, не совершил. В частности, преступление выявлено сотрудниками полиции в процессе несения службы, само преступление совершено в условиях очевидности, факт управления П. транспортным средством в состоянии алкогольного опьянения установлен в ходе проведения процедуры, инициированной сотрудниками Госавтоинспекции. В ходе проведенного расследования какие-либо иные сведения, неизвестные сотрудникам органа предварительного расследования ранее, П. не сообщил. С учетом изложенного автор считает необходимым исключить из приговора указание на активное способствование раскрытию и расследованию преступления, как на обстоятельство смягчающее наказание П., и усилить назначенное ему наказание.

Изучив уголовное дело, проверив доводы апелляционного представления, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

При назначении наказания П. суд, руководствуясь положениями ст. ст. 6, 43 УК РФ, учел характер и степень общественной опасности совершенного преступления, совокупность смягчающих наказание обстоятельств, данные о личности осужденного, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи, а также иные обстоятельства, имеющие значение при разрешении данного вопроса.

При этом суд обоснованно учел положительно характеризующие его личность данные, в качестве обстоятельств, смягчающих наказание осужденному

П., в соответствии с п. «г» ч. 1 ст. 61 УК РФ - наличие двоих малолетних детей, в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ - признание вины, раскаяние в содеянном, состояние здоровья.

Вместе с тем, как обоснованно указано в апелляционном представлении, суд не указал, в чем именно выразилось активное способствование раскрытию и расследованию преступления, какие сведения об обстоятельствах совершения преступления, неизвестные органу предварительного расследования, сообщил осужденный.

Согласно материалам дела, на момент возбуждения уголовного дела правоохранительные органы обладали достоверной и достаточной информацией о совершенном П. преступлении и существенных обстоятельствах, подлежащих доказыванию, поскольку преступление совершено в условиях очевидности и выявлено сотрудниками полиции в процессе несения службы, факт управления П. транспортным средством в состоянии алкогольного опьянения установлен в ходе проведения процедуры, инициированной инспекторами ДПС ОГИБДД МО МВД России «Гагаринский». При этом в ходе проведенного расследования какие-либо иные сведения, неизвестные сотрудникам органа предварительного расследования ранее П. не сообщил.

Указанные обстоятельства, по мнению суда апелляционной инстанции, исключают возможность признания в действиях осужденного активного способствования раскрытию и расследованию преступления.

Апелляционным постановлением Смоленского областного суда от 6 ноября 2025 года приговор Гагаринского районного суда Смоленской области от 22 августа 2025 года в отношении П. изменен:

исключено из описательно-мотивировочной части приговора указание на предусмотренное п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ смягчающее наказание обстоятельство - активное способствование раскрытию и расследованию преступления и назначить по ч. 1 ст. 264.1 УК РФ наказание в виде 400 часов обязательных работ с отбыванием в местах, определяемых органом местного самоуправления по согласованию с уголовно-исполнительной инспекцией по месту жительства осужденного, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами на срок 2 года.

В остальном приговор оставлен без изменения, апелляционное представление - без удовлетворения.

Сотрудники полиции уполномочены на установление всех обстоятельств совершения преступления, в том числе и в другом районе

Приговором Гагаринского районного суда Смоленской области от 11 сентября 2025 года К. осужден по ч. 1 ст. 264.1 УК РФ к 400 часам обязательных работ с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, сроком на 2 года 6 месяцев.

Разрешена судьба вещественных доказательств.

В соответствии с ч. 1 ст. 104.2 УК РФ с К. в счет конфискации автомобиля взыскана и обращена в доход государства его стоимость в размере 145 000 рублей.

Приговором суда К. осужден за то, что, будучи подвергнутым административному наказанию, управлял транспортным средством в состоянии опьянения.

В апелляционной жалобе адвокат осужденного находит приговор незаконным. В обоснование указывает, что К. свою вину не признал, а суд не указал, почему принял его показания, данные на предварительном следствии в качестве подозреваемого, и критически отнесся к его показаниям, данным в качестве обвиняемого, которые он поддержал в судебном заседании, объяснив причину их противоречий. Обращает внимание, что в приговоре суд сослался на показания сотрудников полиции Т. и М., которые узнали о том, что К., якобы, находился 28 июля 2024 года в состоянии алкогольного опьянения, со слов водителя автомашины «Маз», являвшегося одним из участников ДТП, субъективное мнение которого не было подтверждено бесспорными и достоверными доказательствами, сам свидетель в судебное заседание не явился, в связи с чем проверить его показания на предмет достоверности не представилось возможным. Считает, что 28 июля 2024 года сотрудники полиции осуществляли патрулирование на территории другой области, то есть не по маршруту, указанному в карте патрулирования, при этом не пояснили, как им стало известно, что на момент ДТП автомобилем управлял К., если его собственником являлась Ч., и он не был снят с учета. Вместе с тем, суд положил в основу приговора показания свидетеля Ш., но необоснованно не принял во внимание его показания о том, что К. в момент ДТП был трезв, выпил по приезду в деревню после остановки транспортного средства. Поскольку все сомнения толкуются в пользу обвиняемого, а в материалах отсутствуют бесспорные достоверные доказательства его виновности, просит приговор отменить и оправдать К. по ч. 1 ст. 264.1 УК РФ.

В возражениях государственный обвинитель находит все доводы апелляционной жалобы адвоката несостоятельными, поскольку являлись предметом исследования суда первой инстанции, которым дана надлежащая оценка, оснований для переоценки выводов суда о виновности К. в совершении инкриминируемого деяния не имеется, они соответствуют фактическим обстоятельствам дела и полностью подтверждаются собранными по уголовному делу и исследованными в судебном заседании доказательствами. Обстоятельств правового характера, которые вызывают сомнение в правильности применения судом норм уголовного и уголовно-процессуального законов, влекущих основания для отмены принятого судебного решения, не усматривается, поэтому просит приговор оставить без изменения, а апелляционную жалобу адвоката - без удовлетворения.

Проверив представленные материалы уголовного дела, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

Выводы суда о виновности К. объективно подтверждаются совокупностью собранных на предварительном следствии и тщательно исследованных в судебном заседании доказательств.

В судебном заседании было достоверно установлено, что 28 июля 2024 года в дневное время К. управлял своим автомобилем «ВАЗ», в котором находился его друг Ш., ехал из с. Карманово Гагаринского района Смоленской области в д. Игнатово Зубцовского района Тверской области, где на 11 км автодороги «Гагарин – Карманово - Лебедки» совершил ДТП с грузовым автомобилем «МАЗ», после чего покинул место ДТП и уехал в д. Игнатово, куда за ним приехали сотрудники полиции и предложили пройти освидетельствование на состояние алкогольного опьянения на месте и медицинское освидетельствование у медицинского учреждения г. Сычевки Смоленской области, но он отказался.

Указанные обстоятельства подтверждались не только показаниями осужденного К. но и показаниями сотрудников полиции Т. и М., выехавших на место ДТП и, установив, что вторым участником происшествия являлся К., который скрылся, стали преследовать его автомобиль, в связи с чем приехали в д. Игнатово Зубцовского района Тверской области, где попросили припарковавшего его водителя проследовать с ними для дачи объяснений, в ходе которых предложили пройти ему освидетельствование с помощью, специального прибора либо в медицинском учреждении, но он отказался, в связи с чем были составлены соответствующие документы.

При этом оснований для оговора осужденного сотрудники полиции не имели, в связи с совершенном ДТП в их районе были уполномочены на установление всех обстоятельств его совершения, в том числе в другой обрасти, - куда скрылся второй участник ДТП, при этом, не придавая значение показаниям водителя автомашины «МАЗ», проверяя свое обоснованное подозрение о нахождении К. в состоянии алкогольного опьянения, вызванное нарушением речи, неустойчивой позой, запахом алкоголя, предложили ему в установленном законом порядке пройти освидетельствование, все свои действия зафиксировали на видеозаписи.

В этой связи суд обоснованно критически отнесся к показаниям свидетеля Ш. и осужденного К. о том, что последний, нервничая после ДТП, припарковав автомобиль в д. Игнатово Зубцовского района Тверской области, употребил алкоголь, которые были явно обусловлены желанием смягчить ответственность К. за содеянное, противоречили не только показаниям осужденного, данным им на предварительном следствии в качестве подозреваемого в присутствии защитника, о том, что алкоголь он употреблял перед ДТП, но и всей совокупности собранных по делу доказательств, бесспорно уличающих осужденного в содеянном.

Судом были созданы все условия для реализации сторонами своих прав и обязанностей, все ходатайства разрешены в соответствии с требованиями закона, приняты мотивированные решения, всем доводам защиты, повторно приведенным в жалобе, дана надлежащая оценка, указано, почему суд критически отнесся к доказательствам стороны защиты, положив в основу приговора собранные на следствии доказательства, оснований для переоценки выводов суда первой инстанции суд апелляционной инстанции не усматривает.

При таких обстоятельствах действия К. правильно квалифицированы по ч. 1 ст. 264.1 УК РФ.

Апелляционным постановлением Смоленского областного суда от 4 декабря 2025 года приговор Гагаринского районного суда Смоленской области от 18 сентября 2025 года в отношении К. изменен: в описательно-мотивировочной части приговора по тексту считать, что д. Игнатово Зубцовского района в Тверской области вместо Смоленской области.

В остальной части этот же приговор оставить без изменения, а апелляционную жалобу адвоката - без удовлетворения.

Обзор подготовлен

помощником судьи Павловой В.С.